В 1752 г. июня 13 дня студент Славяно-греко-латинской Академии школы Богословии, Петр Алексеев, подал Московскому архиепископу Платону Малиновскому (1748–1784) прошение, написанное своею рукою и хорошим почерком, о произведении его Алексеева в диакона к Архангельскому собору в Москве. В прошении Алексеев объяснял, что диакон того собора Александр Кириллов волею Божиею 9 июня умер, по смерти его осталась жена Татьяна Иванова «с двумя дочерьми-девками, да с матерью его престарелою и дряхлою», и вдова желает принять его, Алексеева, в собор к большой своей дочери на место мужа в диакона, для содержания и пропитания себя и сирот; причем студент Алексеев в прошении выставлял на благоусмотрение труды свои в Академии через 12-летнее время, и приложил прошение вдовы Ивановой с объяснением, что она желает его Алексеева иметь зятем на место своего мужа и что большой ее дочери Прасковье 15 лет, а меньшой Феодосье 11 лет.
Пр. Платон резолюциею того же 13 июня велел выслушать Алексеева в чтении и пении. Крестовый (домовый) иеромонах Пахомий на прошении сделал отметку, что «студент Алексеев в чтении и пении явился добр». Прошение сдано для производства иподиаконам в ставленический стол, здесь 1) Алексееву сделан допрос, в котором он показал, что а) от рода ему 25 лет, б) родился в Москве при церкви Николая Чудотворца, что в Кузнецкой, от действительного пономаря Алексея Федорова, в) в Академию отдан в 738 г, и наукою достиг школы Богословии, в которой находился при окончании; 2) на запрос иподиакона, производившего дело, префект Академии, иеромонах Константин, подписью 15 июня ответил, что а) Алексеев в Академии имеется и обучается с 740 г., слушать Богословию ему надлежит только один год, в) состояния он доброго, и г) дел и подозрений до него не имеется; 3) запросом же взята из канцелярии консистории справка по исповедным ведомостям о летах Алексеева; 4) представлены к делу обязательства: а) вдовы Ивановой, что она уступила нареченному зятю, студенту Алексееву дом свой, который имеется на Арбатской улице, в приход церкви Николая Чудотворца явленного, «со всяким дворовым и хоромным строением и домовым всяким заводом, с посудою оловянною и медною и с книгами всякими, с колясками и лошадьми и со всякою сбруею такожде, а приданого платья за дочерью своею, как будет приготовлено, не более двух перемен и больше того не спрашивать; а вместо низанья жемчужного на производство во диаконство дает ему 50 рублев», – и б) студента Алексеева, что он обязуется «содержать нареченную тещу свою за матерь на его пропитании до ее кончины, а нареченную своячину свою до замужества ее; а как приспеет в замужество время, и тогда дать ей на приданое денег сто рублев».
Пр. Платон 16 июня, на деле дал резолюцию: «обучаться Алексееву всему надлежащему до диаконства». – Это тогда значило подвергнуть просителя испытанию в знании закона Божия; посему другой крестовый иеромонах Платон, того же 16 июня, на деле подписал, что «студент Алексеев силу символа православной веры, десяти заповедей Божиих и церковных, седми таинств церковных, добродетелей богословских и евангельских и советов о гресех и всего надлежащего до катихизиса изустно сказал». Преосвященный резолюциею 17 июня назначил Алексеева к исповеди и присяге; но консистория, которой иподиаконы прежде исповеди и присяги просителя обязаны были представлять ставленическое делопроизводство на ревизию, 22 июня положила, назначить студенту Алексееву время, чтобы он для апробации сказал проповедь, а когда женится, послать его к исповеди и присяге. Алексеев 10-го июля явился в консисторию и объявил, что он уже женился на дочери умершего диакона Кириллова и, по словесно .у приказанию Пр. Платона, проповедь сказал. Посему консистория обязала Алексеева подпискою, чтобы он, по произведении его в диакона, богословское учение в Академии оканчивал не леностно, и для ведома о том послала указ в Московскую Академию; затем Алексеев отослан к духовнику кафедрального Чудова монастыря иеромонаху Иакову; духовник того же 10 июля исповедал Алексеева и привел к присяге. Проживавший в Москве бывший Воронежский епископ Лев 13 июля Алексеева посвятил в диакона. При сем взяты и ставленические пошлины с новопроизведенного диакона 1 р. 27½ к., а о том, что Алексеев произведен к Архангельскому собору в диаконы, послан протопопу оного Иоанну Михайлову Комаровскому указ. Ставленную грамоту Алексеев получил после.
Так Петр Алексеич Алексеев стал диаконом Архангельского собора и, проживая на Арбате, имел благоустроенный дом, книги, коляски с лошадьми и прочее.
Незнакомым близко с бытом того времени мы поясним несколько вышеизложенные обстоятельства. 1) Тесть новопроизведенного диакона Алексеева, умерший диакон Кириллов, действительно мог иметь зажиточный дом с колясками и лошадьми, потому что место при Архангельском соборе было одно из богатейших. Архангельскому собору принадлежали издревле пожалованные вотчины. Владение вотчинами священнослужителям собора подтверждено было даже в позднейшее время, а именно в 1734 г. февраля 5 (П. С. 3. № 6544) Государынею Анною Иоанновною, когда права духовных на владение вотчинами сильно уже начали колебаться. Вотчины и угодья для владения между священнослужителями были разделены и отдельные их владения назывались между ними поделями; от того многие домогались получить место при Архангельском соборе, проискивая к тому разные случаи. 2) Вдова диакона Кириллова принимала, на место умершего, своего зятя, потому что места после умерших священно-церковнослужителей в то время считались наследственными. Доказательств тому и примеров в делах консистории не мало. 3) Студент Алексеев своего отца назвал действительным пономарем потому, что отец его пономарь определен был епархиальным начальством и на должность свою имел указ. В то время многие в пономари определялись к церквам только по договору с местными священниками и старостою церковным. 4) Приданого платья вдова давала не более двух перемен, – это еще не много, если иметь в виду, что в то время приданое платье давали в трех или четырех переменах одного и того же предмета, например, епанчи парчевые, штофные, гарнитуровые, юбки с кофтами объяриновые, гризетовые, тафтяные и др.; на украшение жемчужные ожерелья, перлы такие же в 6 или 12 ниток, серьги с бриллиантами, кольца золотые и перстни с дорогими каменьями. 5) Много, кажется, вдова давала денег – 50 р. на производство дела об определении на место; вероятно, она включила тут расход на священнослужительское платье, т. е. рясы и полукафтанье, которое также были тогда роскошно. 6) Через иподиаконов ставленическое делопроизводство шло по обычаю, оставшемуся еще от времен патриаршества. 7) Новопроизведенный диакон после посвящения не учился диаконскому служению потому, что он поставлен к собору, в котором другие диаконы могли научить его порядку служения. Прочих новопроизведенных диаконов в то время для научения служб отсылали или в монастырь, или к приходским священникам.
Присовокупим к сему одно частное сведение из того времени, а именно: спустя два года после производства в диакона студента Алексеева, в консисторию поступило прошение, написанное рукою студента Славяно-греко-латинской академии, также почерком красивым и бойким; это прошение 13 мая 1754 г. подавали в консисторию, а не пр. Платону, по болезни его, прихожане Спасской во Спасской церкви, об определении в Тихвинский придел той церкви раннего священника или викария. Прошение это писал и подписал «Греко-латинской Московской академии студент Петр Левшинов». – Это будущий митрополит Московский Платон; но в показанное время был только 17-летний юноша, который начинал слушать богословское учение в академии.
Пр. Платон архиепископ Московский 14 июня того 1754 г. скончался. После него долгое время не было на кафедре Московской епархии своего архиерея. Епархиею управляла Московская Св. Синода контора. В 1757 г. 9 сентября контора известила консисторию, что диакон Архангельского собора Петр Алексеев, «в рассуждении его на малолетных школьных, и при разобрании и описи синодальной библиотеки (патриаршей ризницы) не малых трудов, по указу Св. Синода произведен на место престарелого и болезненного того собора священника Ивана Стефанова во священники с тем, чтобы больной священник своею поделью, т. е. принадлежащими на его часть крестьянами и доходами владел до своей смерти, а он Алексеев оставался на своей подели. Алексеев посвящен во священника членом синодальной конторы, Крутицким епископом Иларионом, 27 сентября, в домовой придельной его на Крутицах церкви св. Николая.
Так Петр Алексеевич Алексеев стал священником Архангельского собора. При поступлении на место он испросил разрешения конторы управлять крестьянами и престарелого священника Стефанова, объясняя, что сей священник по старости и слабости не может хорошо наблюдать порядок в управлении крестьянами.
II. В 1757 г. 22 октября на кафедру Московской епархии назначен вельможа – архиерей, митрополит Киевский Тимофей Щербатский. Он с большою свитою прибыл в Москву 1758 г. 23 января; окружая себя преимущественно малорусцами, и в первые годы своего управления Московскою епархиею недостаточно владел великорусским языком; оттого иногда по делам употреблял язык латинский. Например, об определении на место диакона Петра Алексеева в Архангельский собор подал просьбу митрополиту не окончивший богословского учения студент Славяно-греко-латинской академии Димитрий Лавровский; за него митрополита просили письмами известный того времени вельможа граф Иван Иванович Шувалов и обер-прокурор Св. Синода генерал-майор Козловский. Митрополит им отвечал, что диаконская поделя еще не праздна. Когда в 1760 г. престарелый священник Архангельского собора Иван Стефанов умер, митрополит велел учинить студенту Лавровскому производство в диаконы к Архангельскому собору. В это время ставленическое делопроизводство отправляли не иподиаконы архиерейские, как прежде было, а прибывшие с митрополитом иеродиаконы и другие лица. Митрополит сам Лавровского выслушал в чтении, а в пении он никого не слушал; в знании закона Божия слушал Лавровского прибывший с митрополитом иеромонах Сильвестр. Ректор академии архимандрит Гедеон Слонимский на запрос консистории о Лавровском ответил, что он в Московской академии с 1745 г., сын пономаря б. Успенского собора Ивана Иванова, богословское учение слушает третий год, от рода ему 28 лет. Митрополит затем на деле написал: Dominus generosus Lavrovsky invenit ne sibi coronam scilicet bonum amicum, et jam nupsitne? Hic scribendum est propria manu. Aprilis 18. Лавровский под той же резолюцией отвечал: Sanctissimae Sinodi Conciliari, Illustrissime Domine, Domine celeberrimae urbis Mosquae Mitropolita! Secundum acceptam a vobis benedictionem bonum mihi amicum inveni, filiam nempe parochialis ecclesiae sancti Martiris Georgii, quacum connubium jam suscepi. Hodie igitur benedictionem a vobis supplex expeto, ut per impositionem manus vestrae desursum descendat in me gratia Sancti Spiritus et iustituat me gerere oflicium diaconi. Ad interrogationem vestram observantissime respondens studiosus Lavrovsky. Aprilis 20 die. – Лавровского по резолюции митрополита исповедал и к присяг привел иеромонах Лазарь. Митрополит сам 23 апреля посвятил Лавровского в диакона в Георгиевской церкви Богоявленского монастыря; диаконскому служению Лавровский учился в Архангельском соборе, а 13 мая митрополит велел ему приготовить проповедь на 21 мая в день празднования св. царю Константину и матери его Елене из текста: На се бо явихся ти сотворити тя слугу и свидетеля, их же видел еси и ихже явлю тебе. Деян.26:16. Лавровский проповедь сказал в подмосковном селе Черкизове в Ильинском храме при служении митрополита; а 24 мая от самого митрополита он получил ставленую грамоту.
Между тем священник Архангельского собора Петр Алексеев в 1759 г., как видно из дел консистории, в апреле месяце брал паспорт для проезда в С.-Петербург; а 3 июля того 1759 г. последовал к м. Тимофею из Св. Синода указ с объявлением, что Московский императорский университет о находящемся в Москве при Архангельском соборе священнике Петре Алексееве представил, что он Алексеев усмотрен университетом быть способным к истолкованию катихизиса обучающимся в университете ученикам, и просил для пользы юношества предписать ему священнику читать катихизис в назначенное от университета время, не лишая, впрочем, принадлежащих ему от собора доходов; а от чередной проповеди его освободить и касающиеся до него по собору требы уменьшить.
Так Петр Алексеевич стал катихизатором в Московском университете, и при вступлении на должность произнес в университете речь о достоинстве и пользе катихизиса.
Как по делам консистории видно, священник Архангельского собора Петр Алексеев не всегда жил мирно с соборянами, своими сослуживцами. Так в мае 1761 г. ключарь Архангельского собора священник Иван Потапов приносил жалобу на священника Алексеева, что 3 того мая во вторник, когда соборяне после литургии выходили из собора, он Алексеев поносил его Потапова, якобы он из корпуса Лейб-компании выброшен за худые поступки и вместо ссылки прислан в Архангельский собор, тогда как он из корпуса в собор прислан ключарем не в ссылку, а в награду за хорошие заслуги. Священник Алексеев призван в консисторию для допроса и в допросе показал, что 3 числа мая было не во вторник, а в четверток, и ключаря Потапова он ничем не поносил. Впрочем свидетелей, которых Потапов представлял, а именно местных протоиерея Комаровского, священника Фому Феодорова и диакона Димитрия Лавровского отводил тем, что он Алексеев с ними имеет домашнюю ссору по вотчинным Архангельского собора делам. Дело это в консистории значится неоконченным, или потому, что враждующие между собою примирились, или потому, что священник Алексеев нашел другие средства остановить дело, не давая ему дальнейшего производства.
III. Обратим теперь внимание на судьбу того юноши, студента греко-латинской академии, который в 1754 году писал прошение об определении раннего священника в придел к Спасской во Спасской церкви. Студент Петр Левшинов, будучи еще в школе Богословия, обратил на себя внимание московской публики преподаванием катихизических поучений в академической аудитории; по окончании в 1757 г. богословского учения в московской академии, он определен учителем пиитики, или науки стихотворства в той же академии; в 1758 г. перешел в Московскую лаврскую семинарию на должность учителя риторики и в том же году 18 августа пострижен в монашество с именем Платона, по преданию, в память бывшего московского архиепископа Платона; 30 того же августа он м. Тимофеем посвящен в московском Успенском соборе в иеродиакона, а в 1759 г. в иеромонаха и назначен префектом семинарии. Пользуясь расположением Троицкого архимандрита Гедеона Криновского, придворного проповедника, жившего более в С.-Петербурге, молодой и ученый инок Платон часто бывал в С.-Петербурге и там успел приобрести себе внимание влиятельных лиц при дворе. В 1761 г. он определен ректором лаврской семинарии и преподавателем Богословия, а в 1763 г. назначен наместником Троицкой Сергиевой лавры. Государыня Екатерина II, в том 1763 г. бывши в Троицкой Сергиевой лавре, избрала ученого Платона законоучителем к наследнику престола, в. к. Павлу Петровичу. С того времени Платон постоянно жил в С.-Петербурге и в 1766 г. произведен в архимандрита Троицкой Сергиевой Лавры, а в 1770 г 22 сентября хиротонисан прямо в архиепископа Тверского, с оставлением под управлением его Лавры.
Священник Архангельского собора Петр Алексеев находился по-прежнему катихизатором в московском университете. В 1764 г., по манифесту государыни Екатерины II, 26 февраля вотчины от духовных взяты и переданы в ведомство коллегии экономии, а в замен вотчин определено духовным штатное жалованье. Жалованье в сем случае соборянам Архангельского собора досталось ограниченное; потому священник Петр Алексеев, в виду лучшего содержания, перешел на службу в большой Успенский собор, где был и ключарем. В 1767 г. митрополит московский Тимофей 18 апреля скончался; на место его в 1768 г. 18 января переведен с крутицкой кафедры, находившейся в Москве, архиепископ Амвросий Зертис-Каменский. В 1771 г. во время моровой язвы протоиерей Архангельского собора Иван Комаровский умер; на место его пр. Амвросий представил св. Синоду произвести в протоиерея ключаря большого Успенского собора Петра Алексеева и определить его с тем вместе присутствующим м. консистории; но пр. Амвросий, во время моровой язвы, 1771 г. сентября 16, убит возмутившеюся чернью, и по кончине уже преосвященного в синодальной конторе получен указ св. Синода от 11 ноября 1771 г. о том, что ключарь Успенского собора Петр Алексеев назначен протоиереем Архангельского собора и присутствующим консистории. Посему священник Алексеев пр. Геннадием, епископом Суздальским, по званию члена м. синодальной конторы пребывавшим в Москве, 21 того ноября произведен в протоиерея.
Так Петр Алексеевич стал протоиереем Архангельского собора в Москве и присутствующим консистории.
IV. Во время моровой язвы 1771 г. в Москве особенное внимание правительства обратил на себя протоиерей б. Успенского собора в Москве Александр Егоров Левшинов, родной брат архиепископа Тверского Платона. Он состоял членом с духовной стороны в комиссии для предохранения и врачевания от заразительной болезни – чумы, распоряжался отсылкою заболевающих из духовенства в больницы, составил молитвенное слово об избавлении от губительной болезни и разослал его для чтения в церквах во время службы, наблюдал за очищением церквей, которые, по случаю оказавшейся в причте смертности от моровой язвы, признаны были зараженными и подвергнуты особому способу очищения. В 1772 г. сказал благодарственное слово на прекращение чумы, которое в свое время было напечатано. Государыня Екатерина II в 1774 г. пожаловала протоиерею Левшинову наперсный крест с красными каменьями и бриллиантами на голубой ленте и в письме при сем случае к князю Волхонскому объясняла, что «он протоиерей во время язвы полезным своим примером в здравительной комиссии сделал много услуг; он же – и брат Пр. Платону»; поручила князю наведаться, как будто бы от себя, о содержании протоиерея, и если узнает, что оно скудно, то дать знать о том государыне, дабы она могла приказать Коллегии экономии производить ему пенсию.
Протоиерей Архангельского собора Петр Алексеев между тем, продолжая преподавать закон Божий в Московском университете, занимался учеными трудами: в 1769 г. издал Православное исповедание Петра Могилы, сочинил Церковный славянский словарь, который в 1773 г. издал в свет в 3 частях, трудился над составлением исторического словаря всех еретиков и раскольников; но это сочинение осталось не изданным; перевел с иностранного и издал в свет сочинения Гуго Гроция Христианское благочестие и Корнелия Агриппы О превосходств женского пола.
Так Петр Алексеевич Алексеев протоиерей Архангельского собора в свое время мог считаться ученым и тем приобрести себе внимание образованного общества.
V. После Московского архиепископа Амвросия, убиенного в 1771 г. 16 сентября, кафедра Московской епархии долгое время оставалась праздною. Московскою епархиею управляла, как бывало прежде в подобных случаях, Московская св. Синода контора. В январе 1775 г. государыня Екатерина II на пути из С.-Петербурга в Москву, будучи в Твери, 21 того января вручила пр. Платону архиепископу Тверскому указ, которым он назначен быть архиепископом Московским и Калужским. Пр. Платон 27 того же января прибыл в Москву.
Первым действием пр. Платона по Московскому епархиальному управлению было, что он потребовал от местных благочинных «в самой скорости, по сущей справедливости и по священству» сведений о приходских священно- и церковнослужителях с объяснением между прочим: 1) кто именно при церквах священно- и церковнослужители, обучались ли они, и ежели обучались, то кто из них до какой школы ходил; и 2) какого состояния священно- и церковнослужители в поведении и исправлении своей должности. Представленные сведения преосвященный велел консистории поверить и означить, кого из священно- церковнослужителей какие касались или касаются дела. В представленной посему того 1775 г. ведомости о соборянах Архангельского собора протоиерей Петр Алексеев показан от рода 55 лет, ходил до Богословии, вдов; против имени его рукою самого пр. Платона отмечено: «за протопопом есть дела», но какие, того не показано. С того времени не видно по делам, чтобы протоиерей Алексеев был присутствующим в консистории.
В делах М. Консистории значится, что псаломщики, пономари и сторожа Архангельского собора 14 июля 1775 г. доносили пр. Платону, что ключарь собора иерей Димитрий Иванов Лавровский запретил им слушаться соборного протоиерея Петра Алексеева, сказав им, что если протоиерей кого из них пошлет за чем-нибудь, то не доложась ему ключарю, отнюдь не исполнять. Ключарь Лавровский – это тот самый dominus generosus, которого митрополит Тимофей в 1760 г. 22 апреля произвел в диакона к Архангельскому собору; в 1761 г. он при соборе сделался священником, а в 1767 г. ключарем. Преосвященный на донесении соборных церковнослужителей дал резолюцию, что они должны слушаться и протопопа и ключаря, всякого по своей должности, и велел Консистории составить инструкцию для протопопа и ключаря. Инструкция была составлена и утверждена пр. Платоном: ключаря Лавровского преосвященный в 1776 г. определил благочинным Китайского сорока.
Протоиерей б. Успенского собора Александр Левшинов или Левшин, как он и пр. Платон стали писать свою фамилию, по-прежнему, продолжал пользоваться расположением государыни Екатерины II. Он, в бытность св. Синода в 1775 г. вместе с Государынею в Москве, находился в составе членов Синода и потому после удерживал за собою название члена св. Синода; в 1777 г. Государыня дозволила ему с сыном путешествовать по разным местам России с сохранением полного жалованья по окладам. Но в 1778 г. 8 июля Государыня писала главнокомандующему Москвы Князю Волхонскому: «доходят ко мне сведения о неблагопристойных поступках Успенского собора протоиерея Александра Левшина, во многих случаях противу духовенства и других оказанных, а особливо, что он в крестных ходах делает сам собою учреждение мимо первенствующего там архиерея; а 23 июня, при таковом ходе, Архангельского собора протоиерея Петра Алексеева обругал, сторожам приказывал вытолкать, грозил ему не только словами, но и палкою; да и когда упомянутый Архангельского собора протоиерей приносил жалобу пр. архиерею Ростовскому (т. е. первенствующему архиерею в Синодальной Конторе, за отсутствием в то время пр. Платона в С.-Петербург), то он и по его увещанию не укротился». «Я желаю, продолжала Государыня, чтоб вы от упомянутого архиерея и от других наведались о подлинности всего сего и, ежели что подобное тому окажется, то, призвав его к себе, дайте ему знать, что мне те его поступки известны; но на сей случай дальнее взыскание не делается из уважения к его заслугам, по коим он в настоящий сан возведен и к нынешнему месту определен, в чаянии, что он переменит свое поведение, воздержась оказывать грубости не только в степени ему предпочтенным или равным, но и с меньшими и подчиненными поступая с должною вежливостью и кротостью, званию духовному приличною, в отвращение всяких неприятных из противного тому последствий».
Из дел консистории видно, что протоиерей Петр Алексеев после изложенного поступка протоиерея Александра Левшина, 23 июня не пошел в следующий крестный ход 8 июля, т. е. в Казанский собор. Когда ключари Успенского собора донесли о том консистории, протоиерей Петр отвечал, что причиною небытия его в крестном хождении июля 8 был крестный ход июня 23, из которого синодальный член б. Успенского собора протоиерей Александр Левшин гнал его с ругательством, о чем он послал письмо в С. Петербург св. Пр. Синода члену пр. Платону, и, не получив от него резолюции, не смел быть того числа в крестном хождении, опасаясь и вящшей от него протоиерея Левшина обиды. Неизвестно, чем кончил пр. Платон дело брата своего; а с этого времени пошли большие неприятности с протоиереем Архангельского собора Петром Алексеевым.
VI. В 1780 г. августа 28 ключарь Архангельского собора Димитрий Лавровский донес пр. Платону, что протоиерей того собора Петр Алексеев 19 августа в крестном ходу в Донской монастырь не был. Протоиерей подвергнут допросу в консистории, и в допросе показал, что он не был в том крестном ходу потому, что инструкциею для соборян Архангельского собора велено ему быть только в больших крестных хождениях, а ход в Донской монастырь малый, да и в то число он должен был в 10 ч. утра толковать катихизис в Университете. Сделан запрос в канцелярию Университета, когда протоиерей преподает катихизис. Канцелярия ответила, что протоиерей Алексеев в Университет юношеству катихизис толкует по средам и субботам от 10 до 11 часов утра. Протоиерей Алексеев представил к делу копию с указа св. Синода, от 3 июля 1759 г. об определении его в Университет к истолкованию катихизиса юношеству, где сказано, что он определен с освобождением от очередной проповеди и с уменьшением других касающихся до него треб, и потому просил уволить его в учебные дни от крестных хождений, викториальных молебнов, царских панихид и других церковных служб. Преосвященный написал, что в указе точного определения об уменьшении каких треб не изъяснено, а протоиерей обучает в Университет в неделю два дня 11-й час, и потому его освободить только от чередной проповеди и от малых крестных ходов, кои в те дни случатся, а и больших ему быть, ибо их малое число, также, ежели в те дни случатся панихиды, то от служения литургий и панихид уволить.
Между тем протоиерей Архангельского собора Петр Алексеев продолжал пользоваться милостивым вниманием Государыни. В 1787 г., в бытность Государыни в Москве, пр. Платон 29 июня возведен был в сан митрополита; в то же время Государыня чрез графа Безбородко прислала митрополиту золотой крест на черной лент для возложения на протоиерея Архангельского собора Петра.
В 1789 г. января 3 протоиерей Архангельского собора Петр Алексеев, назвав себя протопресвитером, подал митрополиту Платону прошение, объясняя, что насылаемыми указами Московской Консистории приписано ему название протопоп, которое сложное речение по предшествующей своей частиц прото с греческого языка значит первый, а вторая часть поп ему протопресвитеру не вразумительна, ибо, при производстве его в Московский Архангельский собор настоятелем, священнодействующий архиерей именовал его протопресвитером; да и все чины церковные, начав от епископа до диакона теми именами называются в православной церкви, какими они произведены, например, никто не осмелится архиерея именовать архипоп, понеже поп есть речение варварское, в грубые времена вошедшее, ничего приличного к христианскому пресвитерству не заключающее и в Св. Писании неупотребительное; потому протоиерей просил сие гнусное прозвание протопоп вовсе уничтожить, и законно произведенных протопресвитеров писать и называть свойственными их званию именами.
Митрополит на прошении написал: «1) прошение протопопское есть неосновательно. Название протопоп почитает он невразумительным и варварским: что само себе противоречит; ибо, когда оно для него невразумительно, то и надлежало ему называть то речение варварским и гнусным поудержаться, доколе бы в том вразумлен был, ибо речение протопоп есть греческое и составлено из прото первый и папас отец, батюшка, коим малые дети, по нежности выражения, родителей своих именуют. Сие тем доказательнее, что и ныне в греческой церкви священник называется папас, а протопоп протопапас; от сего и произошло и наше российское название поп и протопоп; а потому оно не варварское и не гнусное. 2) Прошение протоиерея есть дерзновенно, ибо в высочайше конфирмованных штатах Архангельский, так как и прочих соборов протопопы, наименован протопопом, и в указе Св. Синода о произведении его в Архангельский собор предписано произвести его в протопопа, да и при пожаловании ему протопопу креста к нам при письме от графа A.А. Безбородко, именем Ее Императорского Величества присланного, он протопоп именован протопопом; почему за всем сим ему протопопу речение протопопа называть варварским и гнусным есть не только дерзновенно, но и не извинительно. 3) Прошение протопопское, чтоб сие гнусное прозвание протопоп вовсе уничтожить, есть и безрассудное; ибо, хотя бы оно и подлинно было таково, но мне его вовсе уничтожить и запретить общее оного в России употребление никак не возможно. Что же протопоп при произведении именован протопресвитером, и сие правильно; так как и именование протопопа по принятому издревле обыкновению и по силе его есть не предосудительно и похвально. И потому все одно, протопресвитером именоваться или протоиереем, так как и он протопоп, обыкновенно не протопресвитером, но протоиереем подписывается, которое именование также с одного принято обыкновения. Консистории сие рассмотреть и чему он за таковой дерзновенный вызов подлежателен, и что аки бы он в наш кафедральный собор произведен в настоятеля, выписав из законов и учиня определение представить». Консистория к сему делу выписала тьму законов, но дело далее сего производством не шло.
Уже в 1790 г. апреля 6 по сему делу консистория представила митрополиту свое определение. Консистория рассуждала: «как просьба протопопа есть противозаконная и вымышленная, примечательно, или в надежде, чтобы испросив повеление ко уничтожению протопопского имени, писать и называть вместо оного всех протопопов протопресвитерами, получить тем себе от них от всех славу; или паче с намерением, что приказано будет не других кого-либо, а собственно его одного в отличность прочих протопопов писать и называть протопресвитером, то помянутое его прошение и надлежит оставить в презрении. Для того определила 1) к стыду его Алексеева и к возчуствованию своего противозаконного и дерзновенного поступка, призвав в консисторское присутствие, оное определение при собрании того Архангельского собора священно-церковнослужителей и всех епархиальных московских протопопов, объявить ему с подпискою 2) за восхищение им Алексеевым сверх своего протопопского именования излишней и не принадлежащей себе чести настоятеля, кольми паче за написание к оскорблению и поношению всех преосвященных архиереев вымышленным и неслыханным вовсе в России наименованием архипоп, удержать у него Алексеева чин протопопства на год, а потому и священнослужение в оное годичное время исправлять ему без палицы и без набедренника; и 3) что он ложно своим прошением оклеветал консисторию, будто бы из оной в насылаемых указах именование протопоп приписано в прозвание. Поелику оное оклеветание относится лично к консисторским присутствующим, то обстоятельство сие консистория представляла архипастырскому митрополита определению».
Митрополит определение консистории почему-то не утвердил и дело оставлено без последствий.
VII. В 1797 г., во время коронации Государя Павла Петровича, 5 апреля в первый день Пасхи, Государь, по личному своему усмотрению, наградил орденами св. Анны 1 степени Успенского собора протоиерея Александра Левшина и 2 ст. Архангельского собора протоиерея Петра Алексеева; но когда, на основании именного указа 18 декабря 1797, протоиереи московских соборов в 1798 г. представлены были епарх. начальством к награждению знаками отличий для духовных, а именно Покровского на рву – Афанасий Ильинский и Казанского на площади – Гавриил Подобедов к золотому наперсному кресту на такой же цепи, а Сретенского – Иван Ставровский и Благовещенского – Феодор Малиновский к камилавке, в то время протоиерей Архангельского собора Петр Алексеев не был внесен в представление св. Синоду к награждению знаком какого-либо отличия, вероятно, по касавшимся до него делам.
Протоиерей Успенского собора Александр Левшин в том 1798 г. представлен был к награде митрою; но пожалованная ему митра не застала его уже в живых. Он скончался в 1798 г. октября 22. Из числа пожалованных наперсным крестом протоиерей Казанского собора Гавриил Подобедов в 1799 г. августа 6 умер; на его место митрополит Платон 25 сентября того 1799 г. произвел в протоиерея ключаря Архангельского собора Димитрия Лавровского и определил его присутствующим консистории, а в ключаря Архангельского собора назначил сына его, находившегося при соборе священника, Александра Лавровского.
Протоиерей Архангельского собора Петр Алексеев немного пережил протоиерея Успенского собора Александра Левшина. Он умер в 1801 г. 22 июля. Митрополит перевел в Архангельский собор Казанского собора протоиерея Димитрия Лавровского «в уважение того, что он чрез долгое время и исправно служил ключарем в Архангельском соборе».
Петр Алексеевич Алексеев оставался до самой кончины преподавателем закона Божия в Московском университете. Он погребен в Донском монастыре, как показано в метрической книге за 1801 год при церкви св. Николая, что на Берсеновке, в приходе которой был его дом.
По исповедной росписи за 1799 г. при протоиерее Петре Алексееве показаны дети: 1) Феодор, гражданской палаты ассессор 36 лет; у него жена Прасковья Алексеева 30 лет и дети: Александра 11 и Алексей 7 лет; 2) Александр, сенатский канцелярист 25 лет и 3) Николай почтамтский канцелярист 21 года. У протоиерея была также дочь, о которой впрочем, в исповедных ведомостях за 1799 г. не показано.
С недавнего времени стали появляться в печати не изданные сочинения Петра Алексеева. Так напечатаны в Русском архиве за 1863 г. его «Описание происшествий во время народного мятежа в Москве в 1771 г.», и письмо его к Потемкину; а в «Чтениях общества история и древностей при Московском Университете за 1867 г. кн. 3», помещено его рассуждение, в котором он доказывает, что достойному священнику можно быть произведену во епископа и миновав монашество. Конечно, такие убеждения протоиерея расходились с убеждениями духовного начальства; потому неудивительно, что оно отказывало ему в своем расположении.
В собрании портретов именитых мужей Российской церкви изд. 1843 г., Петр Алексеевич Алексеев Московского Архангельского собора протоиерей изображен в рясе и скуфейке с наперсным крестом на черной ленте и с орденом св. Анны 2 степени; чело его поднято, в правой руке у него перо для письма, а перед ним раскрытая книга с недописанными страницами.