1813 г.

(1813 г., 13 января).

Академии ректор и богословских наук профессор, архимандрит Филарет, внес в академическое правление собственноручно написанную записку и при ней два разрядных списка студентов, следующего содержания:

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии, от Ректора Архимандрита Филарета, записка.

На основании 166, 167, 168 и 174 пунктов первой части Устава Духовных Академий, после каждого испытания, как публичного, так и частного, должны быть составляемы списки студентов по их успехам, и как отличные по успехам,

Так замеченные в небрежении, из сих списков должны быть отмечаемы Правлением в книге, которая для сего должна быть заведена. Сия мера поощрения, с открытия Академии, двумя бывшими ректорами не была употреблена; и мною, после испытания, бывшего в июне месяце прошедшего 1812 года, по недавнему еще моему вступлению в должность ректора, была отсрочена дотоле, доколе, соображаясь со свидетельствами гг. профессоров и бакалавров мои собственные замечания, мог я получить более определенное понятие о роде и степени успехов каждого студента.

Ныне, после испытания, бывшего в декабре прошедшего 1812 года,

дабы положение Устава духовных академий привести в должное исполнение;

дабы отдать справедливость отличнейшим студентам;

дабы некоторых возбудить к соревнованию и большему прилежанию; наконец,

дабы положить, постепенным замечанием успехов, основание к решительному испытанию и составлению разрядных списков при конце курса академического; так как в этом случае, по моему мнению, едва ли можно было бы воздать каждому должное, если бы судьба шесть лет трудившегося студента долженствовала зависеть от нескольких часов или минут последнего испытания;

по всем этим уважениям, поспешил я составить списки студентов по их успехам, в составлении которых, дабы по крайней возможности моей соблюсти справедливость и точность, руководствовался следующими правилами:

1. Как учебные предметы, преподаваемые в Духовной академии, по существу своему и по цели ее устроения, не все суть одинаковой важности: то я разделяю оные по этому отношению на два разряда. К первому отношу богословие, философию, словесность, церковную историю и греческий язык; ко второму, прочие науки и языки.

2. Студентов разделяю на три разряда.

3. На основании правила, изображенного в 103 пункте третьей части Устава духовных академий, которым запрещается включать в первый разряд, не отличившихся в главных и общих всем учебных предметах, отношу я к сему разряду тех, которые, занимаясь всеми положенными для студента предметами, но по некоторым из них заслужили отличное одобрение, и особенно по предметам первого разряда.

4. Второй разряд составляют те из студентов, которые довольно успешны во всех предметах, или в некоторых особенно успешны, но в других посредственны.

5. В третьем разряде остаются те, которые, не отличаясь в предметах первой степени, хотя в некоторых и успешны, но в некоторых оказались невнимательными даже до нехождения иногда в класс.

6. В разрядных списках я показал, в каких именно предметах некоторые студенты отличались, и в каких некоторые требуют дальнейшего поощрения, в чем утверждался на свидетельствах учащихся и на собственных замечаниях во время испытаний.

7. На сей конец, вместе с последними свидетельствами учащихся, данными к декабрьскому экзамену, принимал я в соображение и те, которые ими даны были к первому в бытность мою ректором экзамену, бывшему в июне прошедшего 1812 года.

8. Свидетельства учащихся, выраженные общими и не довольно определенными словами, я старался принимать в такой силе, какая открывается у того или другого из соображения различных степеней одобрения. Так, слово «хорошо», которого ниже нет в свидетельствах профессора философских наук, не могло быть почтено у него столько же знаменательным, как у некоторых других профессоров, которые с большею точностью и строгостью означали степени успехов.

По сим правилам составленные списки студентов при сем представляю на усмотрение Правления; не будет ли рассуждено:

1. Завести отныне в Правлении означенную в 167, 168 и 174 пунктах первой части Устава Духовных Академий «Книгу об успехах студентов Академии»;

2. Студентов, по последним двум экзаменам отличившихся, в сей книге отметить;

3. Студентам, которые подпали неблагоприятным замечаниям, объявить, что если они к следующему испытанию не заслужат лучших свидетельств, то также будут замечены в сей книге со стороны небрежения.

4. Поскольку сия мера поощрения доселе не была еще введена в употребление, то испросить на сие предварительно соизволение Комиссии Духовных Училищ.

К вышеприведенной записке приложены три списка, написанные собственноручно архимандритом Филаретом.

1. Список

II. Список

III. Список

Академическое правление, журналом 13 января, 1813 г., определило: предположение ректора представить на утверждение комиссии духовных училищ с приложением списков, перенесши во второй разряд из третьего студентов: Белявского, Богдановича, Базарова и Мошкова, из коих, по засвидетельствовании ректора, первые трое, по успехам в главнейших науках, последний по вступлению своему в академию годом позже других, и все вообще по благонравному поведению преимущественно пред прочими заслуживают снисхождение, и поручив ректору сделать им нужное внушение приватно.

На другой день, 14 января, сделано представление комиссии духовных училищ, которая журналом, 18 января, утвердила разрядные списки во всей силе их⁵⁵.

(1813 г., в апреле).

Профессор дерптского университета Гецель, в марте 1813 г., обратился к Амвросию, митрополиту новгородскому, с письмом, в котором просил его содействия в том, чтобы ему, Гецелю, было поручено составление предположенной для духовных училищ грамматики восточных языков, на латинском языке. Письмо Гецеля написано на латинском языке. Переписку по этому предмету митрополит Амвросий представил комиссии духовных училищ.

Ответное письмо от митрополита Амвросия написано собственноручно архимандритом Филаретом, на латинском языке, и к нему приложен его же перевод:

Guilielmo Friderico Hezel Viro doctissimo s. p. Litteras, quibus consilium, de institutionibus linguarum Orientalium Grammaticis in usum scholarum inprimis Ecclesiasticarum, conscribendis a te agitatum, exponis, gratus oquidom accepi. Rem proposui Commissioni Scholas Ecclesiasticas dirigenti discutiendam. A qua tamen de nova Grammatica linguarum Orientalium adornanda non prius aliquid statui posse judico, quam ubi de Grammatica D. Hornu Hebraea, virorum doctorum in Universitate Dorpatensi examini nunc subjecta, certius ferri potuerit judicium. Ceterum voluntatem tuam, in antiquiora, id est, saniora, imo sacra, studia promovenda propensam, penitus amplector, coeptisque tuis ac laboribus, propitium adsit Numen, opto.

Перевод. Вильгельму Фридерику Гецелю, мужу ученейшему з. ж. Письмо ваше, которым открываете вы мне свое намерение сочинить наставление в грамматике восточных языков для училищ, особенно духовных, получил я с удовольствием. Предположение ваше я представил на рассмотрение комиссии духовных училищ; и думаю, что она не прежде может учинить решение о составлении новой грамматики восточных языков, как когда можно будет дать более решительное суждение о грамматике Еврейской г. Горна, препровожденной в Дерптский университет на рассмотрение ученых. Впрочем, отдаю должную справедливость вашей ревности в распространении древней, то есть, здравой и священной учености, и желаю, чтобы Бог споспешествовал предприятиям вашим⁵⁶.

(1813 г., 16 мая).

Ректор академии, архимандрит Филарет, представил правлению, следующего содержания, записку.

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии, от ректора оной академии и профессора богословских наук, архимандрита Филарета, записка.

От бакалавра греческого языка Симеона Платонова узнал я, что из частных рук продаются две книги, и именно: 1-я под названием: Dictionnaire historique, critique, chronologique, géographique ou littéral de la bible par Calmet, – состоящая из 4-х книг, в четверть листа; 2-я книга под названием: Abrégé de l’histoire Ecclésiastique, contenant les événemens considérables de chaque siècle, – состоящая из 16-ти томов, в осьмушку. Первая давно уже признана была нужной для богословского класса и назначена была к выписке из чужих краев: но еще не выписана; а вторая нужна для класса церковной истории и может заменить другие по сему предмету назначенные к выписке. Цена за обе книги 200 рублей.

Почему о покупке означенных книг и предлагаю Академическому Правлению на рассмотрение.

Ректор Архимандрит Филарет

Правление академии, журналом, 20 мая, определило (ст. 4): на покупку означенных книг выдать 200 рублей о. эконому, иеромонаху Павлу; а книги, по покупке, препроводить, при копии, к библиотекарю о. архимандриту Иннокентию, для внесения в каталог книг библиотечных⁵⁷.

(1813 г., 16 мая).

Ректор академии, архимандрит Филарет, 16 мая, 1813 г., представил правлению, следующего содержания, записку:

В Правление С.-Петербургской Духовной Академии, от ректора оной академии, архимандрита Филарета, записка.

Зная, что в библиотеке академической нет собрания сочинений Канта и имея у себя экземпляр сих сочинений, для моего употребления ненужный, представляю оный Академическому правлению для внесения в каталог книг библиотечных.

Ректор Архимандрит (Филарет)

Правление академии, журналом, от 20 мая, определило (ст. 3): при надлежащей копии препроводить означенную книгу к библиотекарю, отцу архимандриту Иннокентию, для внесения в каталог книг библиотечных⁵⁸.

(1813 г., 19-го июня).

В исполнение журнала правления с.-петербургской духовной академии, от 7 июня 1813 г. (ст. 6), ректор, архимандрит Филарет, представил

в правление, 19-го июня, 1813 г.: 1, конспект по классу богословских наук и 2, список студентов, обучавшихся оным, с отметками об успехах их, сделанными собственноручно ректором.

I. По классу богословских наук

К испытанию предложатся тридцать глав книги Бытия, от XXI до последней. Классическое истолкование составляли следующие рассмотрения:

а. Сравнение перевода с первоначальным текстом еврейским.

б. Изъяснение буквального смысла.

в. Примечания исторические и нравственные.

г. Разрешение вопросов и недоумений.

д. Смысл прообразовательный и духовный.

При испытании по соображению назначенного времени с обширностью предмета к особенному вниманию избираются следующие важные места бытописания:

а. Рождение и унаследование Исаака, Быт.21:1–21.

б. Великое искушение и обетование Авраама, Быт.22:1–19.

в. Видение лестницы, Быт.28:10–22.

г. Борьба Иакова с Богом, Быт.32:23–32.

д. Пророчество Иакова о Иуде и Мессии, Быт.49:8–12.

Посетители, если благоволят, предлагают вопросы и на другие части св. текста, по своему благоусмотрению.

II. Список студентов С.-Петербургской Духовной Академии с показанием успехов по классу богословских наук

1. Герасим Павский. Отличных успехов.

2. Владимир Игнатьев. Хороших.

3. Василий Ерофеев. Хороших.

4. Иван Щелкунов. Очень хороших.

5. Андрей Тихвинский. С успехом занимается.

6. Дмитрий Алексеев. Очень хороших.

7. Василий Себржинский. Очень хороших.

8. Григорий Левицкий. Отличных.

9. Яков Белявский. Довольно хороших.

10. Михаил Божанов. Очень хороших.

11. Павел Наумов. Очень хороших.

12. Петр Розанов. Отличных.

13. Иван Лилеев. Хороших.

14. Александр Кандорский. Хороших.

15. Василий Херсонский. Очень хороших.

16. Егор Лебедев. Очень хороших.

17. Гавриил Мошков. Хороших.

18. Алексей Малов. Очень хороших.

19. Александр Покровский. Занимается.

20. Козьма Органов. Очень хороших.

21. Семен Снигирев. Занимается.

22. Александр Протопопов. Отличных.

23. Иродион Ветринский. Довольно хороших.

24. Авксентий Мартынов. Довольно хороших.

25. Дмитрий Туношенский. Очень хороших.

26. Матвей Платонов. Отличных.

27. Иван Лебедев. Очень хороших.

28. Константин Платонов. Очень хороших.

29. Егор Постников. Отличных.

30. Михаил Малеин. Очень хороших.

31. Петр Подлипский. Очень хороших.

32. Михаил Вревский. Хороших.

33. Иван Невдачин. Довольно хороших.

34. Егор Полотебнов. Очень хороших.

35. Егор Городков. Довольно хороших.

36. Мокий Тарасов. Хороших.

37. Семен Красильников. Хороших.

38. Онисим Барков. Хороших.

39. Митрофан Протопопов. Очень хороших.

40. Арсений Тяжелов. Очень хороших.

41. Николай Грешищев. С успехом занимается.

42. Иван Талызин. Довольно хороших.

43. Петр Гойтанников. Довольно хороших.

44. Григорий Белогородский. Довольно хороших.

45. Михаил Леонтович. Очень хороших.

46. Василий Кутневич. Очень хороших.

47. Василий Григорович. Довольно хороших.

48. Яков Кизимовский. С похвалою.

49. Григорий Огиевский. Хороших.

50. Григорий Янчуковский. Хороших.

51. Иван Крыжановский. Довольно хороших.

52. Николай Щуцкий. С успехом.

53. Михаил Флеров. Довольно хороших.

54. Алексей Ненарокомов. Довольно хороших.

55. Петр Попов. Хороших.

56. Яков Магницкий. С прилежанием и успехом занимается.

57. Александр Богданович. Довольно хороших.

58. Иван Лавровский. Довольно хороших.

59. Иван Диаконов. Довольно хороших.

60. Елпидифор Лестев. Отличных.

61. Яков Малицкий. Довольно хороших.

62. Стефан Райковский. Хороших.

63. Яков Гладкой. Довольно хороших.

64. Иван Спасский. Довольно хороших.

65. Михаил Зверев. Довольно хороших.

66. Петр Веселовский. Очень хороших.

67. Петр Туберовский. Довольно хороших.

68. Виктор Венский. Довольно хороших.

69. Павел Протопопов. Довольно хороших.

70. Иван Базаров. Довольно хороших.

71. Гавриил Левандовский. Слабо занимается.

72. Иван Носов. Очень хороших.

73. Петр Кипров. С успехом.

74. Афанасий Скворцов. Очень хороших.

75. Владимир Назанский. Довольно хороших.

76. Илья Левиков. Довольно хороших.

77. Иван Санин. Довольно хороших.

78. Тимофей Никольский. Очень хороших.

79. Аким Кочетов. Отличных.

80. Стефан Лошаков. Хороших.

81. Алексей Ильинский. Довольно хороших.

82. Василий Белозерский. Хороших.

83. Константин Пузина. Хороших.

84. Василий Диаконов. Довольно хороших.

85. Михаил Пензенский. Хороших.

86. Иван Данилов. Хороших.

87. Василий Разумовский. Очень хороших.

88. Иван Духовский. Занимается.

89. Иван Смирнов. Довольно хороших.

90. Гавриил Фовицкий. С похвалою.

91. Василий Полянский. Довольно хороших.

92. Андрей Васильев. С похвалою.

93. Василий Суворов. Хороших.

Журналом академического правления, 20 июня, 1813 г., (ст. 15), определено: списки рекомендательные и конспекты хранить при делах⁵⁹.

Порядок испытания студентов с.-петербургской духовной академии, за первую половину 1813 года.

I. Испытание продолжается три дня, 23, 24 и 26 Июня.

II. В каждый день собрание начинается в девять часов утра и продолжается четыре часа.

III. В первый день назначается:

а, для богословии 1½ часа.

б, для философии 1½ часа.

в, для церковной истории 1 час.

IV. Во второй день:

а, для словесности 1½ часа.

б, для математики 1½ часа.

в, для географии 1 час.

V. В третий день:

а, для всеобщей истории 1⅓ часа.

б, для класса языков 2½ часа.

VI. Каждое собрание открывается и закрывается приличным духовным пением.

Академии Ректор Архимандрит Филарет. Июня 21 дня, 1813 года.

Порядок испытания был утвержден резолюциею митрополита: «1813 г. Июня 21. Утверждается».

Журналом академического правления, от 20 июня 1813 г. (ст. 15), положено: документы сии, вместе с подобными, хранить при делах⁶⁰.

(1813 г., 25 июля).

По рапорту священника и депутата села Колпино Захария Семенова, с приложением копии с журнала царскосельского уездного суда, о недаче красносельским диаконом Иваном Васильевым ни объяснения, ни доказательств против рапортов священника Мещерского и диакона Васильева по делу о причинении будто бы ему, диакону, дворянским заседателем Азовским обид, архимандрит Филарет, дал таковое мнение:

25 Июля. Сообщить в здешнее Губернское Правление, что как из свидетельских показаний, крестьянских жен: Натальи Антоновой и Прасковьи Федоровой, явствует, что заседатель Азовский и диакон Иван Васильев имели обоюдную ссору, и оба друг друга поносили непристойными словами; а по силе 153 воинского артикула тот право свое потерял, кто противно бранит, когда от другого бранен будет: то Консистория г. Азовскому никакого удовлетворения сделать не может⁶¹.

(1813 г., 25 июля).

В докладном реестре консистории содержание проекта не записано: сохранилось в реестре одно мнение архимандрита Филарета о проекте, написанное им собственноручно:

25 Июля. Предположение о. протоиерея о пенсионах престарелым смоленской церкви священно- и церковнослужителям и вдовам их не может быть в настоящем его виде утверждено потому, что назначение таковых пенсионов должно зависеть от числа и других обстоятельств лиц, составляющих семейства престарелых или умерших священно- и церковнослужителей. Правило, чтобы траурною суммою погодно управляли священнослужители, может быть принято, с тем ограничением, чтобы всегда сие управление состояло в главном ведении настоятеля церкви. Впрочем, во уважение попечения и трудов о. протоиерея о заведении и благодетельном употреблении оной суммы, оставить его проект в Консистории, и при будущих назначениях из оной пенсионов иметь оный во внимании, о чем и объявить ему. Сие мнение представить Его Высокопреосвященству на благоусмотрение⁶².

Правление с.-петербургской духовной академии, по 3-му отделению, в представлении комиссии духовных училищ, от 22 сентября, 1813 года, за № 219, между прочим доносило: члены академического правления: ректор и профессор богословских наук, архимандрит Филарет, и профессор словесных наук, архимандрит Леонид, которым на основании предписания комиссии духовных училищ, от 6-го июля сего 1813 года, за № 450, поручено было обозрение здешней семинарии, представили правлению донесения о состоянии оной – первый по учебной части, а другой по частям нравственной, экономической, и по образу действования семинарского правления на подведомственные ему уездные и приходские училища.

При представлении этом были приложены донесения архимандритов: Филарета и Леонида. В двух донесениях по 3-му отделению, от 10-го сентября 1813 года, за №№ 287 и 288, архимандрит Филарет писал:

I

В Правление С.-Петербургской Духовной Академии по 3-му отделению, от Ректора Архимандрита Филарета.

Порученное мне обозрение здешней семинарии, по учебной части, в прошедшем июле мною произведено сообразно с данною мне от академического правления инструкциею. Описание занятий моих по сему предмету, в выписке из журнала семинарского правления, засвидетельствованной его высокопреосвященством, у сего прилагаю под буквою А, равно как и означенные в 14 и 15 пунктах инструкции. списки учеников, под буквою Б. Сверх сего присовокупляю список с 20-й статьи журнала семинарского правления, от 28 августа сего 1813 года, из которого академическое правление благоволит усмотреть причины, по которым я и члены семинарского правления не решились поместить ученика высшего отделения Пенинского в разрядный список, но назначили его к немедленному исключению из училищного ведомства, В.

О состоянии здешней семинарии, руководствуясь 38-м пунктом второй части академического устава, долгом поставляю представить правлению следующие сведения и замечания.

I. По классу словесных наук в низшем отделении

Теория риторики преподана достаточно. Систему Бургия г. профессор исправил и распространил собственными пополнениями на российском языке, которые учениками списаны, и вытвержены на память.

Переводы и разбор лучших латинских писателей были в большом числе. Недостаток в собственной учеников практике, может быть менее в настоящем, нежели в прошедшем курсе, однако еще ощутителен. У лучших и прилежнейших учеников находил я рассмотренных г. учителем в течение двухгодичного курса упражнений, по большей части кратких, около 40: в сем числе до 30 упражнений стихотворных, и притом по большей части предложений и подражаний, а не сочинений собственных; прозаических сочинений на российском языке до 10, а на латинском до 3, и ни одной, так называемой, большой речи.

Не трудно из сего усмотреть, что ученики, писавшие по одному в две недели упражнению, а на латинском языке по одному или по два в год, не привыкли к сочинению, и к латинскому языку столько, чтобы не встретили затруднения в слушании на сем языке философских и богословских уроков, и в сочинении рассуждений и проповедей, по вступлении в высшее отделение семинарии.

Ход риторической практики задерживали, по моему замечанию, два препятствия:

Первое, что г. профессор, обучая, кроме риторики, математике, и также имея должность вне семинарии, при всей деятельности своей, не может столько заниматься критикою и поправлением ученических упражнений, сколько бы желал;

второе, что из десяти еженедельных учебных часов, назначенных для риторики, мало может отделять времени для присовокупления практики к самой теории, или, как сказано в предписании Комиссии Духовных Училищ, от 16-го декабря 1811 года, для собственного вместе с учениками сочинения примеров, объясняющих правила, и для критики написанных учениками сочинений, пред их глазами.

Первое из сих препятствий может быть отдалено прозорливостью начальства тогда, когда при большем числе способных к учительской должности людей, обучающий риторике будет удерживаем при одной сей должности довольно многотрудной.

Мера противу второго препятствия представилась мне сама собою, когда из расписания учебных часов, употребляемого Семинарским Правлением, усмотрел я, что есть два дня в недели, в которые ученики низшего отделения, вместо шести часов, положенных Комиссиею Духовных Училищ, обучаются в классах только по четыре часа. По праву, данному ревизору 33 пунктом второй части Академического Устава, я предложил Семинарскому Правлению, не признает ли оно за благо, из опущенных в расписании, два часа прибавить для риторики, на что и согласилось оное.

II. По классу словесных наук в высшем отделении

Была ли преподаваема Филология, отнесенная к сему классу III пунктом Устава Семинарского, из представленного мне конспекта не видно.

Теория Эстетики изложена с тонкостью и преподана с обширностью. Действия сей теории на искусство сочинять не мог я видеть, потому что упражнения учеников по сему классу не были на испытании предложены.

III. По классу наук исторических

География, История всеобщая и Российская преподаны, если и не с точною строгостью системы, то с обилием и разнообразием. История Церковная предложена кратко.

Опыты рассуждений Исторических, сделанные учениками низшего отделения, были мне показаны. Успех в сем деле по необходимости должен был идти наряду с успехами в науке сочинять.

Предписание Комиссии Духовных Училищ, от 16-го Декабря 1811 г., обязывает каждого ученика высшего отделения обработать хотя одну Историческую задачу в год; однако ученики высшего отделения таковыми задачами не занимались, конечно, потому, что класс Исторических наук принадлежит к низшему отделению, в высшем же отделении не положено и часов учебных для Истории.

Желательно, по моему мнению, чтобы ученики по сему классу руководствуемы были более изданными книгами, нежели обширными записками Профессора, коих переписка может отнимать время, нужное ученикам для других домашних упражнений, особенно для упражнения в сочинении;

2, чтобы и краткие записки допускаемы были не без предварительного сношения Профессора с Ректором о их нужде и достоинстве;

3, чтобы лучше сокращаема была География, наука обременяющая память, нежели Церковная История, питающая ум и сердце, и тем большего внимания требующая, чем теснее, нежели другие вспомогательные науки, соединена с главным предметом Духовного Училища.

4, чтобы Философия Истории, к коей относятся и диссертации Исторические, по точной силе 135 пункта первой части Академического Устава, отнесена была к учению Академическому, потому что, занимающиеся Историею в Семинарии, не слушав еще Философии, без сомнения не способны к Философии Истории.

IV. По классу наук философских

Философская терминология, в духе Философии прошедшего столетия, изложена с ясностью, полнотою и правильностью систематическою. Физика, по недостатку новейшего классического писателя на Латинском языке, преподаваема была на Российском, под руководством преимущественно Бриссона.

Некоторые философские рассуждения, писанные учениками в продолжение курса, достойны похвалы. Впрочем, нельзя было не приметить, особенно из краткого сочинения, написанного ими при самом испытании, что искусство сочинять не сделалось еще для них навыком, и что скудость их в словесности особенно Латинской, иногда запутывает и связывает их мысли. Сие, по моему мнению, и по замечанию Семинарского Начальства, есть следствие того, что сии ученики недовольно имели Риторической практики в низшем отделении Семинарии, а потому и в высшем отделении не с довольным жаром принимались за сочинение, находя в сем деле более трудностей, и менее вкуса и удовольствия.

V. По классу богословских наук

Богословия Догматическая, по так названному Сокращению Богословии, сочиненной Феофаном Прокоповичем изъяснена с желаемою основательностью, порядком и полнотой. В Богословии нравственной и теории герменевтики, по недостатку полных сочинений отечественных, г. профессор избрал себе образцами лучших в сем роде немецких писателей, и трудность, с которою сопряжено было исправление систем их в сообразность с духом Греко-российской Церкви, преодолел, как свойственно православному Богослову. В ученом разборе послания Св. Апостола Павла к Римлянам, он показал опыт герменевтической практики. Важнейшие предметы церковной археологии собрал по большой части из отечественных православных писателей.

Несколько рассуждений о богословских предметах, сочиненных учениками в продолжении курса, и мною рассматриванных, оправдывают искусство и тщание наставника, и делают честь сочинителям. Число их по моему замечанию не могло быть велико по причине упомянутой выше под числом IV.

VI. По классу языков

Впереди прочих языков в успехах учеников идет язык Греческий. Особенно, ученики низшего отделения не уступают в знании его старшим, и едва ли не упреждают их. Г. профессор воспользовался приготовлением, которое получили они в Уездном Училище, и продолжает их вести далее.

Учащихся немецкому языку мало: немаловажной причиной сего есть то, что г. учитель не богат даром занимательности.

VII. О часах учебных

Из расписания учебных часов, употребляемого доселе в Семинарии, усмотрел я, что в некоторые дни ученики бывают в классах только по четыре часа, и 11 и 12 часы пред полуднем, время столь пристойное для учения, проводят иногда вне классов. Сию неправильность уже велено было исправить предписанием Комиссии Духовных Училищ, от 16-го декабря 1811 года. Почему, держась 33 пункта второй части Академического Устава, я предложил Семинарскому Правлению, не признает ли оно за благо свое расписание учебных часов дополнить, прибавив по низшему отделению два часа в неделю для Риторики, чему причину я показал выше под числом I, а по высшему отделению два часа для Богословии, и столько же для Философии, так как обе эти науки суть и важнейшие и обширнейшие, без сравнения с другими учебными этого отделения предметами. Мнение Семинарского Правления оказалось совершенно с моим согласное.

VIII. О книгах учебных

По классу Богословских наук недостает классических книг, которые были бы сочинены в духе Церкви Грекороссийской, для Богословии нравственной и истолковательной; также и Церковную Археологию можно находить отрывками только, в нескольких сочинениях на отечественном языке писанных. Без сомнения, это затрудняет обучающего. Издания же основательных и полных книг по этим предметам ожидать должно от таких людей, которые, по выслушивании в них уроков, имели бы довольную опытность в обучении других, время пересмотреть, поверить и сообразить собранные из разных источников сведения, и поощрение – заняться трудным сочинением.

Употребляемая в философском классе учебная книга, написанная Баумейстером по началам Вольфия, не имеет качества, требуемого 99 пунктом первой части Семинарского Устава, по которому книги учебные должны держаться на одной линии с последними открытиями и успехами в каждой науке. Полезно было бы дать в пособие этому классу переводимую ныне на российский язык: Историю Философских систем г. Де Жерандо. А если бы рассуждено было заменить книгу Баумейстера другой классической книгой Латинскою, то можно бы, по моему мнению, для избрания ее обратить внимание на изданную несколько лет назад книгу Венского Профессора г. Карпе, который, приняв аналитику и терминологию новейших философов и перенесши, подобно им, формальные начала (Principia formalia) человеческого разума из Метафизики в Логику, не уклоняется однако же с ними ни к скептицизму, ни к идеализму, но, пользуясь их открытиями, в то же время предостерегает искателя истины от их заблуждений.

Классическая книга Всеобщей Истории (сочинение Шрекка), достойная, впрочем, своего назначения по выбору и расположению предметов, не довольно, по моему мнению, чиста в некоторых повествованиях и суждениях, относящихся до Церкви, хотя несколько и переработана переводчиком. Сочинитель, будучи протестантом, от времен Константина Великого до Лютера, охотнее примечает в Церкви злоупотребления и беспорядки, нежели деяния похвальные и происшествия назидательные; рассматривая Западную Церковь, как бы не видит за нею Восточной; протестантством занимается много, и не всегда беспристрастно. Раскрыв его книгу только несколько раз на удачу, я нашел следующие места, которые показались или соблазнительными, или неприличными.

Втор. час., стр. 24. На одной и той же странице описаны Константин Великий и Юлиан отступник: в обеих замечены добрые и худые качества, но Юлиан отступник выхвален более, нежели Константин Великий.

Стр. 130. Беренгарий признан страдальцем за старание исправить догмат о Св. Евхаристии. Напротив, Беренгарий пострадал за то, что превращал и отвергал истинный догмат о опресуществлении в Св. Евхаристии.

Стр. 242. На поле против параграфа второго напечатано: «Почему христиане сделали свою религию недействительною и вредною?» Своевольство человеческое может, правда, сделать религию христианскую недействительною, или лучше неотъемлемую у сей Божественной религии силу и действительность свободно не принять, но я не знаю, можно ли христианам сделать религию свою вредною!

Стр. 254. Автор говорит, что Лютер отставил от религии все человеческие прибавки и выдумки, чрез которые не только вера, но и наружное Богослужение обезображены были. Каждый сын Восточной Церкви верует, что пять таинств, которые Лютер отставил, не были человеческие прибавки и выдумки. А что он, думая отвратить безобразие в Богослужении, сам обезобразил Богослужение, лишив его нужного благолепия и занимательности, в том соглашаются ныне беспристрастнейшие из самых лютеран.

IX. Об испытаниях

Испытания, Уставом предписанные, отправляемы были в Семинарии не упустительно. В рассуждении образа испытаний долгом поставляю представить на усмотрение Правления следующее мнение:

Принятый образ испытаний весьма много действует на образ преподавания наук. Без сомнения, каждый из обучающих желает испытание порученного ему класса представить в наилучшем виде, а потому как бы принужден уже избрать такой образ преподавания уроков, который бы служил наилучшим приготовлением к принятому образу испытания. Ныне вообще в Училищах Духовных и светских более или менее господствует такой образ испытаний, по которому отличие ученика составляет скорый, обильный и блистательный ответ на данный ему от его учителя вопрос, но при сем не довольно внимания обращается на то, собственные ли мысли объясняет ученик, или рассуждения учащего, твердо замеченные и обдуманные, как собственность, произносит из хранилища рассудка, или помощью одной памяти повторяет то, что читал в учебной книге, и вытвердил на случай экзамена. От сего возникает такой образ преподавания уроков, который действует более на память, нежели на разум учащихся, и который столь сильно осуждается 16 и 17 пунктами введения к Уставу Духовных Училищ. Дабы предупредить в Духовных Училищах распространение сей слабой методы учения, – нужно утвердить более строгую методу испытания, по которой бы ученик менее мог надеяться на свою память и временное приготовление, и более имел бы случая показывать свой ум и постоянное внимание к своему предмету.

Для сего 1, в испытаниях, особенно внутренних (на которых не классы вообще показываются публике для ее уверения в совершенстве Училища, но ученики порознь испытуются и сравниваются для их поощрения), менее должно заботиться о красоте ученических ответов, но стараться каждого ученика показывать тем, что он есть; и потому давать вопросы не одним лучшим, но и слабейшим.

2. Вопросы может начинать учитель испытуемого класса, дабы нечаянность не приводила учеников в смятение, а продолжает непременно или Ректор, или тот из других учителей, кому какой предмет более известен, и кого назначит председательствующий на испытании, при чем впрочем должно держаться учебной книги.

3. В ответах учеников должно уважать более основательность, нежели скорость.

4. Ректор при составлении списка отличившихся на испытании учеников в особенном внимании должен иметь тех из них, которые разрешат более трудные вопросы, с большею силою собственного рассуждения.

5. Для поощрения учеников к успехам в искусстве сочинять, нужно быть испытанию и в сочинении на языках Латинском и Российском.

X. Об аттестатах

Аттестаты ученикам прошедшего курса выдаваемы не были потому, что обещанная в предписании Комиссии Духовных Училищ, от 16-го Декабря 1811 года, форма оным, доселе не получена.

В заключение сих сведений и замечаний Академическому Правлению честь имею донести, что вообще состояние здешней Семинарии найдено мною в постепенном восхождении к совершенству. Трудности, сопряженные с новым порядком дел по внутренней части учебной, постоянно преодолеваются Семинарским Правлением, несмотря на затруднения другого рода, которые находит оно в обширном своем письмоводстве, по делам вверенных его смотрению низших Училищ. С течением времени все заведение приближается к твердому благоустройству.

Академии Ректор Архимандрит Филарет. Сентября 10 дня 1813 года

К отчету этому приложены: А) дневная записка испытания воспитанников, Б) списки учеников и В) выписка из журнала правления спб. семинарии, от 28 августа, 1813 г.

А. Июля 11 дня, ревизорское испытание началось в восемь часов утра, и происходило:

1) в богословии три часа,

2) в языке греческом 1½ часа,

3) в языке еврейском час.

Между тем ученики низшего отделения занимались сочинением на данную материю на языке латинском.

Того же дня, во втором собрании, начавшемся в три часа пополудни, испытание продолжалось:

1) в истории два часа,

2) в языке греческом по низшему отделению час.

В то же время ученики высшего отделения написали небольшое сочинение на данную богословскую материю на языке российском.

Июля 12 дня, в первом собрании было испытание:

1) в философии три часа,

2) в языке французском час,

3) в языке немецком час.

В сие время ученики низшего отделения заняты были небольшим риторическим сочинением на российском языке.

Того же дня, во втором собрании ученики низшего отделения испытуемы были: в географии, полтора часа, в математике, полтора часа.

Между тем, ученикам высшего отделения дана была философская материя для малого сочинения на языке латинском.

Июля 14 дня, в последнем утреннем собрании испытывались ученики:

1) в эстетике полтора часа,

2) в риторике три часа.

Июля 23 дня, ревизор и члены семинарского правления совокупно занимались разделением учеников на разряды, по рекомендациям учащих, по сочинениям и замечаниям, сделанным во время испытания, и по соображению успехов в науках с нравственным поведением.

Июля 24 дня, ректор и члены семинарского правления занимались распределением учеников низшего отделения к переводу, к продолжению учения в том же отделении, к исключению.

Б. Список

учеников высшего отделения санкт-петербургской духовной семинарии, разделенных на три разряда, по силе 59 § начертания правил для духовных училищ

Ученики первого разряда

1) Михаил Логановский.

2) Александр Рождественский.

3) Григорий Черницкий.

4) Федор Осторожнов.

5) Василий Дремяцкий.

6) Матфей Преображенский.

7) Василий Антонов.

8) Евсевий Перогский.

9) Михаил Благовещенский.

10) Платон Пантовский.

11) Иван Горянский.

12) Павел Смирнов.

Ученики второго разряда

1) Евлогий Логиневский.

2) Иван Никитин.

3) Яков Виноградский.

4) Николай Сперанский.

5) Николай Автономов.

6) Иван Песоцкий.

7) Петр Николаев.

8) Федор Сильницкий.

9) Иван Белявин.

10) Василий Смирнов.

Ученики третьего разряда

1) Иван Заборовский.

2) Александр Белявин.

3) Павел Владыкин.

4) Иван Знаменский.

5) Николай Логановский.

6) Малахий Смирнов.

7) Алексей Песоцкий.

8) Алексей Соловьев.

9) Александр Васильев.

10) Михаил Ерофеев.

11) Федор Орлов.

12) Иван Флеров.

13) Стефан Капицкий.

14) Федор Тихомиров.

15) Алексей Чулков.

16) Иван Петров.

Список.

учеников низшего отделения с.-петербургской духовной семинарии успешных и назначенных к переводу в высшее отделение

1) Павел Виноградов.

2) Василий Кедров.

3) Никита Несвицкий.

4) Григорий Дремицкий.

5) Петр Веселовский.

6) Алексей Скородумов.

7) Александр Креницкий.

8) Иван Васильев.

9) Василий Мизеров.

10) Яков Прохоров.

11) Николай Елисеев.

12) Андрей Окунев.

13) Иван Максимов.

14) Яков Иванов.

15) Василий Васильев.

16) Матфей Турский.

17) Стефан Наумов.

18) Иван Николаев.

19) Василий Зотиков.

20) Фокей Быстряков.

21) Стефан Пенинский.

22) Алексей Успенский.

23) Алексей Протопопов.

24) Александр Максимович.

25) Николай Федоров.

26) Василий Чулков.

27) Роман Кутузов.

28) Кондрат Кораллов.

29) Николай Павинский.

30) Иван Ипанов.

31) Константин Васильев.

32) Иван Наумов.

33) Евфимий Хрусталев.

34) Стефан Словинский.

35) Семен Евенхов.

Список,

учеников низшего отделения неуспевших, однако способных к продолжению учения в том же отделении

1) Александр Филипов.

2) Иван Третьяковский.

3) Николай Алексеев.

4) Андрей Ерофеев.

5) Алексей Литвин.

6) Ювеналий Пакацкий.

7) Николай Налимов.

8) Павел Гумилевский.

Список,

учеников семинарии, назначаемых к исключению из училищного ведомства

Ученик высшего отделения

Иван Пенинский.

В разрядный список с прочими не помещен потому, что языками Еврейским, Греческим и Французским по своеволию совсем не занимался; и замечен в предосудительных поступках при самом окончании учебного курса.

Ученики низшего отделения

1) Стефан Соловьев.

2) Иван Троянский.

3) Петр Путиловский.

4) Петр Добронравин.

К продолжению учения не надежны потому, что обучаясь в том же отделении два курса, успехов не оказали.

5) Федор Тигодский.

6) Иван Карпов.

7) Лука Клитин.

8) Антон Савойский.

9) Михаил Евенхов.

10) Иван Щукин.

11) Иван Аверкиев.

12) Емельян Уткин.

13) Иван Тимофеев.

14) Александр Навинский.

Хотя обучались в низшем отделении один курс: но по великовозрастию и по слабости природных способностей признаются не надежными к успехам и во второй курс⁶³.

В. Из учиненной в семинарском правлении справки, видно, что Пенинский в сентябре, октябре, ноябре и декабре 1811 года в честном поведении не был рекомендован. В январе и феврале 1812 года показал себя честным и прилежным; в марте за честное поведение и прилежание причислен был к сословию старших; в апреле и мае показал себя примерно честным в поведении и в должности рачительным; в июне не рекомендован; в июле месяце, подано от о. инспектора семинарии представление, что Пенинский замечен в наклонности к раздорам с нисшими и равными и что 16 дня того же месяца был не трезв, в драке разбил ученику Гаринскому глаз и разорвал платье; за что штрафован выговором в правлении строгим, с подтверждением, что если он, Пенинский, не отстанет от дурных поступков, исключён будет из сословия старших. В сентябре замечен был старающимся загладить свой проступок. В октябре, ноябре и декабре вёл себя хорошо. С января месяца 1813 года по июль не был рекомендован с хорошей стороны.

Июля 19 дня сего 1813 года поступило в правление представление инспектора, следующего содержания: ученик семинарии высшего отделения Иван Пенинский хотя за грубое со вверенными его смотрению, по праву старшего, учениками обхождение и оказанные противу их несправедливости, за непочтительность к начальству, за частое отсутствие от Богослужения, неблагочиние и соблазны при оном, когда бывал, за пьянство, замеченное наипаче в продолжение святок, лишён, по словесному сношению с о. ректором, должности смотреть за другими. Однако, сие наказание нисколько не подействовало к его исправлению.

Со времени его перемещения в сожительство товарищей, приоры не отзывались о нём с доброй стороны, а буйство, самовольные и частые отлучки из училищного дома, нетрезвость, частое отсутствие от Богослужения, или неблагочиние при оном были обыкновенными его поступками. В течение февраля месяца не было ни одного дня, в который бы ученик Пенинский не обидел кого-либо из товарищей, особенно же Ивана Виноградова, колкими и непристойными насмешками, а непокорность к начальству и совершенное презрение приказаний оного, обнаруживались при каждом случае; сверх того, отсутствие его из комнаты без ведома начальства было почти всегда. 21, 22 и 23 числа февраля чрезмерным пьянством и предосудительными поступками, происходящими от оного, вывел всех товарищей из терпения, которые принуждены были удаляться от него. 23 числа, будучи не трезв, в столовой поступал неблагопристойно и шумел, потом, придя в комнату, бросал на пол столики и скамейки, завёл брань с Алексеем Чулковым столько наглую, что сей вынужден был его наступательностью ударить его. Товарищи его, бывшие при сем случае, совестились даже повторить ему, о. инспектору, наглые слова Пенинского. Сего же числа и отлучался самовольно. 24 числа, в понедельник первые недели Великого поста, когда все ученики говели, он ушёл с 4 часов пополудни самовольно, явился к 7 часу и не был у вечерни. Все советы и убеждения о. инспектора к его исправлению оставлял без уважения. 16 мая отлучался без позволения. 17 числа, в субботу, ушёл опять на целый день, не был у всенощного, провёл всю следующую ночь вне училищного дома и явился в семинарию уже на другой день в 4 часа утра. 30 числа того же месяца привезён был в столь пьяном положении, что лишён был чувств, и товарищами на руках внесён в комнату. 15 числа прошедшего июля месяца, когда все ученики семинарии, слушали Божественную литургию, пели благодарный молебен, после были в зале, куда пришли все члены правления, и где объявлена вакация, он не был ни в церкви, ни в зале, ни даже в комнате. 16 числа того же месяца, возвращаясь в училищный дом, в исходе 10 часа вечера, когда привратник, коему дано строгое приказание запирать все ворота, в 9 часов, не успел скоро отворить ему оных, прибил его; шум сей слышан был и в монастыре, и в саду.

За все таковые поступки ученик Пенинский, определением правления семинарского, от 19 июля, сего года, исключен из сословия старших и заключен под арест на 7 дней.

Петров, с сентября 1811 года по июль месяц 1813 года не рекомендован с хорошей стороны, а 1812 года в феврале месяце замечен в самовольных отлучках, за кои штрафован был выговорами; в октябре замечен: 1) в самовольных отлучках; 2) в нетрезвости и строптивости против начальства. В декабре, замечен в своевольных поступках, за что штрафован был арестом на пять дней.

В другом донесении, от того же 10 сентября, 1813 года, архимандрит Филарет писал:

II

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии по 3-му отделению, от Ректора Архимандрита Филарета.

В дополнение представленного мною Академическому Правлению отчета в обозрении Семинарии, и во исполнение 39 пункта второй части Академического Устава, я имею долг открыть Правлению мои мысли о способностях и прилежании чинов Семинарии: каковой долг, при должном впрочем сознании, что некоторые из них выше моего свидетельства, сим исполняю:

Ректор Семинарии и Богословских наук Профессор Архимандрит Мефодий в той и другой должности продолжает отличаться тою основательностью сведений, и подавать другим пример тою деятельностью осмотрительною, постоянною и неусыпною, которые давно приобрели ему внимание и благоволение высшего Начальства. Профессор Эстетики Архимандрит Леонид, при отличных своих дарованиях, продолжает оказывать в Семинарии то же искусство в преподавании уроков, которое высшим Начальством засвидетельствовано в нем на испытаниях Академических.

Отправляющий должность профессора наук Философских Архимандрит Феофан с достаточными по своей части познаниями соединяет ревность и неослабное прилежание к преуспеянию в прохождении своего служения.

Профессор Риторики и Математики, Титулярный Советник, Яков Толмачов сведения имеет по своей части обильные. Деятельность его, при множестве должностей, неутомима.

Греческого языка Профессор, обучающий также и Французскому, Губернский Секретарь Дмитрий Воронов к должности своей очень способен и усерден. Поддерживая характер Профессора, он занимается с учениками не одною Грамматикою преподаваемых языков, но и высшими правилами Словесности.

Профессор Истории и Географии Андрей Иванов сведения имеет по своему предмету обильные и разнообразные, хотя не всегда систематические. В прохождении должности не упустителен и прилежен.

Еврейского языка учитель, Священник Петр Александров знает язык Еврейский основательно, и преподает старательно.

Немецкого языка учитель, Священник Филипп Кораллов знает сей язык достаточно; желательно, чтоб он имел более искусства привлечь внимание своих учеников.

Академии Ректор Архимандрит Филарет. Сентября 10-го дня 1813 года.

Журналом комиссии духовных училищ, от 11 октября 1813 года, постановлено:

1. По учебной части. Ученика высшего отделения Пенинского, по уважениям, в оном представлении изъясненным, и учеников низшего отделения, кои по испытании оказались неспособными к продолжению учения, согласно мнению академического правления, исключить из Семинарии и препроводить в епархиальное ведомство.

2. Учеников, курс учения кончивших, содержать, упражнять и при открытии мест священнослужительских или учительских увольнить сообразно правилам, постановленным для учеников прошедшего курса.

3. Сумму на содержание учеников сих потребную употребить из суммы от неполного комплекта академических студентов остающейся, о чем и предписать внутреннему академическому правлению через посредство преосвященного Амвросия, митрополита новгородского.

4. Филологию в классе Словесных наук по высшему отделению, сообразно § III проекта Семинарского Устава преподавать, и теорию эстетики прикладывать к практике, т. е. занимать учеников сочинением и сказыванием проповедей, коих рассмотрение относительно изъяснения Слова Божия, возложить на Ректора Семинарии, относительно же слога на обучающего эстетике, как то постановлено для Академии.

5. Мнение г. ревизора о образе преподавания Истории, и о том, чтобы «Философия Истории», к коей относятся и диссертации исторические, отнесена была к учению академическому, – яко основательное, утвердить во всей силе.

6. Снабжение Богословского класса классическими книгами для Богословия нравственного и истолковательного и для Церковной Археологии оставить впредь до рассмотрения.

Историю Шрекка предоставить профессору в нужных местах исправлять записками, как о сем представлено от академического правления, т. е. не иначе, как по предварительном сношении с Ректором о их нужде и достоинстве; что же касается до предположения о введении Философии Карпе, на место употребляемой ныне в философском классе учебной книги, написанной Баумейстером, то поручить академическому правлению по 3-му отделению, чтобы оно составило из гг. профессоров комитет для рассмотрения: имеет ли Карпе по Логике и Метафизике качества, требуемые 99 пунктом 1 части проекта Семинарского Устава, и мнение о сем комитета представили бы в свое время комиссии с своим мнением.

7. Образ испытания учеников семинарии г. ревизором предполагаемый допустить, который ввесть и в академию.

8. Составление формы аттестатам для учеников, разделенных на три разряда, комиссия представляет преосвященному архиепископу рязанскому, для чего и препроводить выписку из сего журнала.

9. По внесении сей формы в комиссию препроводить оную в академическое правление с таковым предписанием, чтобы аттестаты выдаваемы были ученикам не прежде, как при выпуске их на священно-служительские или учительские места.

10. На основании вышеизъясненных положений учинить академическому правлению предписание, а к преосвященному митрополиту новгородскому препроводить надлежащую из оных выписку.

11. По части экономической, нравственной и по управлению оптическому.

Донесение архимандрита Леонида о действовании семинарского правления по управлению экономическому, нравственному и внешнему, принять к сведению.⁶⁴

(1813 г., 1 октября).

Митрополит новгородский Амвросий, в предложении правлению с.-петербургской духовной академии, от 26-го сентября 1813 г., за № 45, изъяснил, что «книга под названием Эстетические Рассуждения, переведенная с французского на российский язык из сочинений г. Ансильйона, в минувшем 1812 году, членом комиссии духовных училищ, преосвященным Феофилактом, архиепископом рязанским, была представлена комиссии на рассмотрение, с тем, не угодно ли будет ее напечатать в пользу студентов обучающихся Эстетике; но комиссиею не одобрена и не принята. Ныне сия книга явилась напечатанною по дозволению гражданской цензуры с означением на заглавном листе, что она переведена духовной академии студентами под руководством синодального члена, преосвященного рязанского; а отец ректор академии, архимандрит Филарет, известил меня, что книга сия употребляется в академии на лекциях словесных наук в противность правил, данных от комиссии о неупотреблении книг неодобренных ею. Почему академическому правлению предлагаю поручить отцу ректору оную книгу рассмотря по ее содержанию, представить со своими примечаниями и с мнением, следует ли ее употреблять на лекциях».

Академическое правление, в исполнение сего предложения, журналом, от 27 того же сентября, между прочим, постановило: ректору, отцу архимандриту Филарету, дать копию с сей статьи для исполнения.

В исполнение сего постановления поступила в правление с.-петербургской духовной академии от ректора архимандрита Филарета записка, следующего содержания:

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии, от Ректора Архимандрита Филарета, записка.

Предложением Его Высокопреосвященства, от 26-го Сентября, через посредство Академического Правления, дано мне поручение, рассмотрев книгу: «Эстетические рассуждения Ансильона», представить свои примечания и мнение, следует ли ее употреблять на лекциях.

Почему, рассмотрев оную книгу, честь имею на высшее усмотрение представить мнение:

Что «Эстетические рассуждения Ансильона» на лекциях Словесных наук употреблять не следует;

во-первых, потому, что, по силе 102 и 103 пунктов первой части Устава Духовных Академий, книги, употребляемые на лекциях, или учебные книги, должны быть допускаемы только те, которые показаны в Конспекте; а книга Ансильона в Конспекте, утвержденном Комиссиею Духовных Училищ на весь настоящий курс, для преподавания Словесных наук, не только классическою, но ниже вспомогательною не показана;

во-вторых, потому, что тем же Конспектом Профессор Словесных наук обязан в три последние года заниматься практическою частью Эстетики, и в особенности слогом Дидактическим, ученым и проповедническим: но к сему предмету не относятся «Эстетические рассуждения Ансильона», которые состоят по большей части из теорий, и притом относящихся до светской Словесности;

в-третьих, и наипаче, потому, что Рассуждения Ансильона в основании своем заражены Пантеизмом и Натурализмом, который переводчиками хотя и замечен, и в некоторых местах смягчен, но совсем исправлен быть не мог; хотя же студенты Академии и имеют столько сведений в Богословии и Нравственности, чтобы остеречься от заблуждений Ансильона; однако допущение книги его на лекции Академические произвело бы более вреда, нежели пользы; подало бы худой пример другим духовным училищам, и послужило бы соблазном для публики.

В доказательство моего мнения о нечистоте Ансильонова учения, прилагаю при сем особую из его книги выписку с моими примечаниями.

Ректор Архимандрит Филарет. Октября 1 дня, 1813

О книге: Эстетические рассуждения Ансильона

Отрывки из Ансильона с присовокуплением примечаний, показывающих дух сего автора⁶⁵

Общее примечание. Здесь выписаны из г. Ансильона только те места, которых несогласие с Верою, Нравственностью и Гражданственностью без затруднения усматривается: дабы каждый удобно мог поверить мнение писавшего примечания, своим суждением. Кто пожелает рассматривать Эстетические Рассуждения с более глубоким исследованием, для того еще осталась на сем поле богатая жатва лжи и заблуждения⁶⁷⁶⁸.

По выслушании сей записки, журналом академического правления, от 2 октября того же 1813 г., между прочим, постановлено (ст. 1): выписку с замечаниями о. ректора представить в подлиннике его высокопреосвященству⁶⁹.

(1813 г., 10 ноября).

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии, от Ректора оной, Архимандрита Филарета.

Его Высокопреосвященство соизволил поручить мне, записку о книге: Эстетические Рассуждения Ансильона, одобренную Светскою Цензурою, напечатать для раздачи, как студентам Академии, так и другим, в отвращение произведенного книгою Ансильйона соблазна и нарекания на Академию; издержки же на сие издание заимствовать из суммы, положенной штатом Академическим на журналы и периодические сочинения.

Поручение сие мною исполнено; и на печатание, бумагу и переплет шестисот экземпляров, из коих каждый содержит три печатных листа с половиною, за обращением в уплату ста из сих экземпляров, употреблено сто пятьдесят рублей.

О возвращении мне сих денег из означенной суммы, сим благопочтеннейше Академическому Правлению представляю.

Ректор Архимандрит Филарет. Ноября 10 дня 1813

По выслушании сей записки, журналом академического правления, от 15 того же ноября, между прочим, постановлено (ст. 1) 150 рублей, следующие о. ректору, выдать⁷⁰.

(1813 г., в ноябре).

По рассмотрении судных речей, веденных в присутствии консистории по бракоразводному делу жены, придворного истопника Пантелея Петрова, Матрены Алексеевой, архимандрит Филарет дал таковое мнение:

К № 2594. Как истица в доказательстве своем (представ)ляя двух свидетелей для уличения мужа своего в прелюбо(дейст)ве, именно говорит, что когда, где и по какому (случаю) его застала, она того обстоятельно знать не может. Таковое доказательство недостаточно и ничтожно,… потому, что уложения 10-й главы 160 пунктом предписывается вникать не только в то, противу ссылки ли скажут свидетели, но и все ли в одну речь: и также устава благочиния 104 пунктом повелевается дела во всяком случае исследывать с обстоятельствами, когда и где что учинено; а доказательство истицы, будучи произнесено глухо и без обстоятельств, не может потому быть поверено в точности с показаниями представляемых свидетелей, да и к сочинению вопросных пунктов по столь глухому показанию Консистория приступить не может; во-вторых, потому, что если бы истица действительно знала о преступлении своего мужа с солдаткою Анною, то не могла бы не знать и о том, где и когда оное учинено: по сим обстоятельствам оное доказательство, как противное силе вышеупомянутых узаконений и указа 1753. Ноября 29 дня, которыми свидетельства по обидам и улики повелевается писать прямые и важные и привесть и непритворные причины, и к дальнейшему продолжению дела неспособное, оставить без уважения; а потому приступить к сочинению из сего дела экстракта; о чем, сочиня протокол, внести к Его Высокопреосвященству на благоусмотрение и решение⁷¹.

(1813 г., 8 декабря).

Ректор С.-Петербургской духовной академии, архимандрит Филарет, при собственноручной записке, от 8 декабря 1813 г., внес в правление оной по 4-му отделению, на рассмотрение, предположение о порядке предстоявшего частного испытания, следующего содержания:

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии, по 4-му отделению, от Ректора Архимандрита Филарета.

Предположение о порядке предстоящего частного испытания на рассмотрение Правления имею честь представить.

Ректор Архимандрит Филарет. Дек. 8. 1813

Хотя доселе было некоторое обыкновение, давать и внутренним испытаниям Академии вид открытых, приглашением знаменитых особ, покровительствующих Академии, и допущением посторонних посетителей: но поскольку испытания при внешних лицах обыкновенно требуют некоторого предварительного приготовления; поскольку, при предстоящем окончании Академического курса, и по сокращении учебного времени, нужно дать учащим и учащимся более свободы для продолжения и повторения уроков к последнему всеобщему испытанию; и поскольку, по точной силе 163 пункта 1 ч. Академического Устава, внутренние испытания должны производиться при внутренних только лицах, к Академии принадлежащих; то и предполагается ныне быть испытаниям совершенно внутренним на следующих правилах:

I. Учение для испытаний не прерывается: но производятся они в учебные часы, принадлежащие каждому классу.

II. Испытание в каждой науке продолжается столько, сколько продолжается лекция, то есть, два часа; но в языках менее сего времени.

III. Производят испытание: ректор, второй член внутреннего Академического Правления и один из профессоров, которому, по его сведениям в известном предмете испытания, можно было бы принять в испытании участие.

IV. Испытание производит без предварительного приготовления, дабы каждый испытуемый лучше видим был тем, что он есть.

V. Конспекты предметов испытания и списки студентов с свидетельствами учащих требуются и употребляются по-прежнему.

VI. Строго наблюдаются в испытании правила, утвержденные Комиссиею Духовных Училищ, от 11 октября сего года

Журналом академического правления, от того же числа, положено: предполагаемый порядок для испытания представить его высокопреосвященству на утверждение, а по утверждении оного, препроводить, к гг. профессорам и бакалаврам надлежащие с статьи сей списан с тем, чтобы к 15-му числу сего месяца декабря представили они академическому правлению, каждый по своему классу и конспекты пройденных предметов, в последней трети года, и свидетельства о успехах студентов.

На представлении правления академии по сему предмету, митрополит новгородский Амвросий написал: «1813. Дек(абря) 9 ч.. расположение одобряется и утверждается. Амвросий м. новгородский»⁷².

(1813 г. 15 декабря).

Вследствие записки инспектора с.-петербургской духовной академии, архимандрита Амвросия, от 23 ноября 1813 г., о смерти, постигшей профессора эстетики, архимандрита второклассного волоколамского монастыря Леонида, журналом академического правления, от того же 23 ноября, между прочим, постановлено: вещи собственные описать и за печатью правления академического хранить, а монастырские сдать в ризницу, исполнение чего поручить инспектору, отцу архимандриту Амвросию, купно с исправляющим должность конференц-секретаря Яковом Толмачевым.

В исполнение сего постановления, инспектор, архимандрит Амвросий и исправляющий должность конференц-секретаря Я. Толмачев, при записке представили в правление академии список вещей, оставшихся после смерти архимандрита Леонида. По рассмотрении сего списка ректор архимандрит Филарет, внес в правление академии собственноручно написанную записку, следующего содержания:

В Правление Санкт-Петербургской Духовной Академии, по 4 отделению, от Ректора Архимандрита Филарета. Инспектор Академии О. Архимандрит Амвросий и правящий должность Конференц-Секретаря г. Толмачов, которым определением Правления от 23 дня сего 1813 года поручено было описать и утвердить печатью Правления собственные вещи покойного О. Архимандрита Леонида, не обратили, как видно из представленной в Правление записки и описи, внимания на его бумаги, хотя вообще бумаги ученого человека могут составлять важную собственность, и хотя О. Инспектору и правящему должность Конференц-Секретаря в особенности было известно из журнала Правления от 22 дня того же Ноября, что между бумагами покойного надлежало быть реестрам и, может быть, другим запискам, принадлежащим к делу о Библиотеке. Узнав, что бумаги О. Архимандрита Леонида находятся у ученика здешней Семинарии Якова Виноградского, я обратился к посредству Семинарского Начальства для немедленного оных осмотра и отобрания. Бумаг, относящихся до Правления, вероятно, по причине опущения времени и перемены жительства Виноградского, в целости не оказалось. Найденные же ученые бумаги, между которыми могут открыться, при разборе, сочинения и переводы покойного, и которых могут требовать наследники, нужным почел я представить при сем на рассмотрение Правления.

Ректор Архимандрит Филарет. Дек. 15. 1813

По выслушании сей записки, журналом академического правления, от 29 декабря (ст. 2) постановлено: бумаги за печатью академического правления хранить с тем, что когда вещи покойного отдаваемы будут наследникам, и бумаги вручить купно с оными⁷³.