Родился 22 декабря 1797 года в Костроме в семье псаломщика (впоследствии священника) Александра Андреевича, не имевшего, как часто бывало в то время, собственной фамилии. В Костромской духовной семинарии, куда Феодора отдали учиться, он был записан под фамилией «Голубинский», которая, по семейному преданию, была ему дана за кроткий нрав.

Еще учась в семинарии, как лучший из учеников старшего отделения, он был назначен помощником профессора греческого языка низших классов.

Окончив костромскую семинарию, в 1814 году он поступил в Московскую духовную академию, выбрав в ней физико-математическое отделение, где преподавал В.И. Кутневич, оказавший сильное влияние на Голубинского своими лекциями по логике, психологии и истории философии.

В числе 24-х студентов академии Голубинский участвовал в создании в марте 1816 года философско-богословского общества «Ученые беседы», которое избрало «3 особенных члена общества»: старший — Платон Доброхотов, совещатель — Петр Делицын, производитель письменных дел — Феодор Голубинский. Сам Голубинский впоследствии писал, что «к составлению сего общества подало случай приятное обыкновение, общее между всеми почти занимающимися науками, собеседовать между собой о предметах своих упражнений... Часто в часы досуга студенты любили с дружеской свободой и откровенностью говорить, что каждый думал о предметах их учения; иногда читали друг перед другом свои сочинения и судили о них. Находя удовольствие в сих собеседованиях, они впрочем заметили в них тот недостаток, что как время их, так иногда и предмет не были определены, и для того и вознамерились назначить постоянные правила для того и другого; и размышление о сих правилах, а вместе взор на многие общества, в разных академиях и университетах между учащими и учащимися учрежденные, открыли в них мысль об образовании подобного общества. На взаимных совещаниях они начертали для такового общества постановления и представили оные тогдашнему инспектору академии архимандриту Филарету». На заседаниях общества студенты читали рефераты, обсуждали метафизические воззрения Канта, Фихте, Шеллинга и других немецких философов.

Преподавание

Окончил курс в 1818 году, оставлен при академии бакалавром философских наук. С августа 1820 года стал преподавать немецкий язык и историю философских систем.

В 1822 году Голубинский был удостоен звания экстраординарного профессора по кафедре философии, потом стал ординарным профессором философских наук; с сентября 1822 года начал читать метафизику и нравственную философию.

В 1826 году определен членом Комитета для цензуры духовных книг, редактировал переводы творений святых отцов, осуществлявшиеся в Оптиной пустыни, а также проповеди святителя Иннокентия Херсонского (Борисова). Член редакционного комитета по изданию серии «Творения святых отцов в русском переводе».

В августе 1828 года был рукоположен во священника (приписан к Вознесенскому монастырю в Кремле, но служил в Сергиевом Посаде).

В 1829 году получил сан протоиерея; был определен членом академического правления.

В 1830–1842 годах вновь читал историю философских систем, потом в 1-й год курса читал метафизику, во 2-й — историю древней философии. В сентябре 1852 года открыл в академии двухгодичный философский курс.

Семья. Потери. Кончина

Был женат на сестре профессора В.И. Кутневича, Анне Ивановне. У них было 9 детей, 5 умерли в младенчестве. Семья не была богатой, но много помогала и родным, и вообще неимущим.

В 1841 году скончалась супруга отца Феодора, оставив его с четырьмя детьми. В течение еще 10 лет умерли его брат и 2 сына.

Митрополит Филарет (Дроздов), поспешивший со словом утешения к отцу Феодору после смерти его первого сына, после смерти другого написал ему следующее:

«Честнейший отец протоиерей! С соболезнованием узнал я о новом лишении, которым угодно Господу испытать ваше родительское сердце. Что сотворим? Что иное, как разве повинемся Отцу духовом, да живы будем? Надеюсь, что так и расположен дух ваш. Да укрепится он и да сохранит в скорби столько мира, чтобы не слишком потрясена была немощная плоть. Ныне время показать плод любомудрия, много лет вами проповедуемого, и не поколебаться лишением видимого и временного в созерцании невидимого, во уповании вечного. Усердно молю Господа ниспослать вам свыше помощь, и утешение, и мир».

«Стою ли я того! Стою ли я того!» — восклицал отец Феодор в своем ответном благодарном письме митрополиту. А в конце написал о словах святителя так: «Я принял их с верой и более подкреплялся ими, нежели припоминанием изречений искателей мудрости, каково слово Эпиктета: “Умер у тебя сын? Не говори: я потерял его, но я отдал”. Эпиктет еще не знал Того, Кому отдаем то, с чем разлучились. А верующим возвещено, Кто есть отец духов».

В августе 1854 года Голубинский, уволившись от службы по состоянию здоровья, поехал на родину, в Кострому. Здесь он проводил время преимущественно в слушании заупокойных литургий и служении панихид по своим усопшим родственникам.

Неожиданно заболел холерой и умер 22 августа 1854 года. Был погребен на кладбище Иоанно-Богословской церкви в Костроме, где служил его отец.

Ф.А. Голубинский был одним из наиболее уважаемых профессоров Московской академии, митрополит Филарет (Дроздов) даже называл его столпом Церкви. Более 30 лет он преподавал философию, среди его учеников были В.Д. Кудрявцев-Платонов, А.В. Горский. В память о протоиерее Феодоре Голубинском получил фамилию будущий историк Русской Церкви Евгений Евсигнеевич Голубинский.

Взгляды

Философская система Голубинского может быть воссоздана на основании записей его лекций, издававшихся после смерти автора Обществом любителей духовного просвещения (1868–1898)

По Голубинскому, конечная цель философии не столько научная, сколько практическая — «возбудить в человеке любовь к премудрости, красоте и благости Божественной».

В отношении богословия философия, по мнению Голубинского, выступает как учение о свойствах Бога — Творца и Промыслителя мира, имеющего в Самом Себе основание Своего бытия и действий. В Боге — Высочайшем Существе — следует различать сущность и проявление этой сущности во вне. Главным из свойств Божиих Голубинский считает независимость бытия Бога — Бесконечной Субстанции, поддерживающей существование субстанций ограниченных и конечных. Существо свободное, Бог определяется лишь внутренним законом добра, по которому Он действует свободно и самовластно.

Понятие бесконечности занимает в системе Голубинского центральное место. В частности, оно служит первым признаком Божественной природы. Подлинно бесконечным можно назвать лишь существо, «более и выше которого не может быть другое и не может быть представлено». Признак бесконечности распространяется на все свойства Божии: Бог равно бесконечен по бытию и Своим духовным совершенствам. Голубинский вводит понятие о Боге как о бесконечном по Своим совершенствам Духе.

Антропология Голубинского принадлежит к традиции христианского платонизма и не во всем согласуется с общецерковным учением о человеке. Тело, по мнению Голубинского, выступает как темница души, которая «тяготит душу, полагает препоны как ее воздействиям, так и проницанию» в познании мира. Отвергая идею предсуществования душ, Голубинский тем не менее разделял представление Оригена об автономной жизни души, для которой земное бытие есть лишь испытание в добре и зле для укрепления в Божией воле как единственной подлинной ценности. По освобождении от телесного пребывания душа возвращается в свое природное состояние бессмертия, при этом телесное воскресение даже не упоминается и оказывается в системе Голубинского, вопреки учению Церкви, как будто излишним, поскольку «тело, которым облечена душа, не останется с нею», по его мнению. Сама же душа в этом состоянии способна, согласно Голубинскому, прогрессировать в нравственном отношении, причем как в добре, так и во зле.

Подобное отступление Голубинского от святоотеческого учения о человеке связано с влиянием на его мысль философских и мистических течений. О принадлежности его к одному из масонских обществ свидетельствуют его дневниковые записи. Интерес к масонам Голубинский объяснял тем, что якобы в их практической деятельности преобладают дела милосердия: «О масонах. Я много от них получил… В Москве больше параболическое и алхимическое масонство... Удаляться от них не нужно. Читал некоторые статьи из их статута — больше о челов[е]кол[ю]бии». Другие дневниковые записи дают представление о прямой зависимости Голубинского от соединенного с мистицизмом оригенизма: «Во все времена не только живущие благочестиво, но и еще хотящие жить благочестиво гонимы были. История Оригенитов, коих 10 000 сожжены были по наущению патриарха Феофила».

Более всего Голубинского занимал вопрос о «состоянии души по разрешении ее от тела», для выяснения которого он изучал древние предания, свидетельства о ясновидящих, рассказы о явлениях из мира духовного.